Как Карпин развалил «Спартак», Кокорин подделал паспорт, помолодев, а Красножан все «пилит» в нерабочее время... Экс-селекционер «красно-белых» - о подноготной футбола

 
Нынешний директор футбольного клуба «Квазар» из любительской лиги Артем Хачатурян работал в селекционных отделах «Спартаков» - московского и нальчикского, позже в футбольном клубе «Монако», а сейчас вот решил вывести собственную команду в профессионалы. Об этом неординарном и нестандартном клубе любительской лиги он рассказал sports.ru. Но наряду с историями о том, как поднимаются команды из небытия, Хачатурян понарассказывал много шокирующего о жизни футбола высшего российского дивизиона. И утверждает, что, наоборот, многое еще и умолчал...
 
 

Хлопнуть пафосный «Спартак» 3:1 - дело чести

 
Когда речь заходит о главных событиях в жизни «Квазара», Артем прыгает в машину времени и переносится в зиму прошлого года – тогда, благодаря его связям в разных московских командах, они провели серию «важнейших товарищеских матчей» – с дублем «Динамо» и «Спартака» и основой щелковской «Спарты».
– «Динамо» мы проиграли 3:5, но мы знали, что на данный момент это тот результат, который позволяет надеяться на светлое будущее. А после этого была очередь «Спартака» – у них тогда было много просмотровых ребят, которых привезли со всей России. Они приехали все такие пафосные – все руководство, Карпин, Попов, Гунько, Асхабадзе. Собирались смотреть на своих будущих звезд. А мы взяли – и хлопнули их 3:1. Помню еще, что нашему парню тогда бровь рассекли и несколько раз нам приходилось звать врача «Спартака» – своего-то у нас нет. И он так нехотя подходил и все бормотал: «Ну что за команда… Ни врача, ни мячей, даже форма не на всех». А наши ребята отвечали: «Зато в футбол лучше ваших играем». «Спартак» нам тогда даже запись матча отказался дать. Кидались каким-то глупыми отмазками, а когда я у знакомых ребят из клуба спросил, мне сказали: «Да они просто не хотят вам запись давать, можете даже не пытаться».
– Чем ты занимался в «Спартаке»?
– Всем. Писал отчеты по игрокам, ездил кого-то смотреть – и, кстати, в одну из таких поездок нашел Пашу Яковлева. Вышло так. У моего отца – магазин. И как-то приходит к нему знакомый клиент и, зная чем я занимаюсь, просит посмотреть его сына, который играет в «Люберцах». Я без особого энтузиазма – все хвалят своих детей – согласился. А когда приехал, вместо того парня смотрел только на Пашу. В том матче он забил 6 или 7 голов, ему было 14 лет. Я посмотрел еще несколько его матчей и, убедившись в таланте, порекомендовал в «Спартак». Мне кивнули и забыли.
Проходит месяц. Я встречаюсь в офисе с селекционером Вячеславом Морозовым, и он рассказывает: был тут на соревнованиях, увидел очень талантливого парня. И начинает мне его описывать. В конце я спрашиваю: «А его не Паша Яковлев зовут?» «А ты откуда знаешь?» «Так я же месяц назад его рекомендовал». После этого мне рассказывают: все пропало, мы его упустили, он уже одной ногой в «Сатурне». И дальше начала детектив.
Уже не помню как, но мы узнали номер бабушки Паши. Я попросил свою маму позвонить ей и представиться старой школьной подругой мамы Яковлева. Таким образом мы узнали телефон его мамы. Но мама против «Спартака»: «У меня не будет времени за ним следить там, я целыми днями на работе». Опять звоним бабушке, достаем телефон отца. А отец говорит: «Да Паша с детства за «Спартак» болеет!» Нам повезло, что Паша к тому моменту подписал агентский контракт с Сафоновым, который был в хороших отношениях со Смоленцевым. И за один день мы все решили, из «Сатурна» перетянули Пашу в «Спартак».
 

Карпин все развалил, кличка Асхабадзе - Сутенер...

 
– Ты застал в «Спартаке» трех тренеров, верно?
– Да, Старкова, Черчесова и Федотова. «Спартак» тогда работал по-другому: при Смоленцеве у нас была уникальная система селекции. У нас была информация о всех талантливых игроках из России. Даже за 12-летних парней мы платили по несколько тысяч долларов, никогда не жадничали. Это позволяло «Спартаку» быть флагманом детско-юношеского футбола в России. Но потом пришел Карпин, и все это развалил.
– Как развалил?
– Есть два типа руководителей: одни выжимают максимум из того, что уже есть. Другие говорят: вы все говно, ничего не умеете, а я все сломаю и сделаю все по-другому. Карпин – второй тип. Он выгнал почти всех людей, у которых было свое мнение – начиная с пресс-атташе и заканчивая начальником команды. Посмотри, кто сейчас работает с Карпиным – Попов и Асхабадзе. Люди, у которых основная задача – не мешать Карпину. Тот же Попов, который бухает с игроками и ничего толком не делает, взял на работу в школу бывшего начальника школы «Динамо», Бодрова. Когда тот уходил, динамовцы плясали – потому что он разваливал их школу. А знаешь, чем Асхабадзе еще в «Сатурне» занимался? Развозил проституток по домам латиноамериканских игроков. У него даже прозвище было Сутенер.
Или возьми тех же тренеров. Был слабохарактерный Лаудруп. Был чудаковатый Эмери, который жил в своем мире. У меня есть друзья среди агентов – в том числе, агентов спартаковских игроков. Один из них мне рассказал: «Через неделю после назначения Эмери, Карпин подошел к футболистам и сказал: да не волнуйтесь, он здесь ненадолго». Короче, ты понял.
Эштреков - Биджиеву: «Иди на мое место - будем дальше пилить...»
 

Будем пилить и дальше, даже если меня уволят...

 
– Как ты начал работать в «Спартаке» из Нальчика?
– Я в 2009-м связался со спортивным директором Заруцким, рассказал, что работал в «Спартаке», а теперь хочу помогать им. Они согласились, но при этом работал я из Москвы – с Красножаном мы только SMSлись, плюс я отправлял отчеты по игрокам. Красножан ко мне относился хорошо, а вот два клоуна, Эштреков и Биджиев – это отдельная история. Эштрекова назначил президент команды – они якобы старые друзья, и вот вроде как такой заслуженный в республике человек, надо его устроить. А это просто черт конченный, который пилит страшно и ничего не делает. На сборах тренировки были в 12 часов – а он до двух спал вообще. Биджиев – такой же. Нормальные люди, когда приходят на новую работу, устраивают совещание, объясняют, кто чем будет заниматься. А эти двое знаешь, что решили? Эштреков говорит Биджиеву, дословно: «Меня все равно скоро уволят. Так что давай тебя сразу подготовим на мое место, чтобы потом можно было продолжать пилить на трансферах».
– Откуда ты все это знаешь?
– Ну как, я ведь работал в клубе.
В общем, потом Эштрекова убрали, понятное дело, потому что он реально ничего не хотел делать. А Биджиев только ругался со всеми, кто поднимал команду из низов. Доходило до маразма: он регистрировался на гостевой болельщиков и вопил там, что нужно убрать руководство. А потом через своего дядю, который какой-то там глава в южном отделении Газпрома, он попал в «Анжи». Я ушел уже в 2012-м – тогда в Нальчике решили сократить всех селекционеров. Просто закончились деньги.
 

Красножан: За разницу в два очка - два миллиона, три - значит, три...

 
– Не могу не спросить: Красножан – пилит?
– Пилит, конечно. Но это абсолютно не мешает его основной работе. Красножан – очень сильный тренер, он разрабатывает свои методики, выжимает максимум из состава. А про распилы… ну ты сам понимаешь, у нас вообще все пилят. Скажем так: Красножан делает это в свободное от футбола время. На самом деле, я думаю, что для работы с топ-клубом ему не хватает только уверенности. Ты же знаешь, что там в «Анжи» было? Это’О с Роберто Карлосом тогда сели в самолет, прилетели к Керимову и сказали: «Или мы, или он». Так Красножана в «Анжи» не стало.
– «Спартак» Красножана играл договорные матчи?
– Точно знаю только про один. «Рубин» – «Спартак Нальчик», 2008 год. «Нальчику» было сказано: за поражение с разницей в два мяча – вам два миллиона долларов. В три мяча – три. Они проиграли 0:3. Все это решается на уровне президентов.
– Где ты работал после «Нальчика»?
– В «Монако» – но совсем недолго, и опять из Москвы. Это было не после, а параллельно с «Нальчиком», декабрь 2011-го – март 2012-го. Рыболовлев купил команду и позвал на работу Смоленцева, а он – меня. Мы тогда сумасшедшую селекцию провели, команда с 18-го места поднялась на 7-е. Но потом Смоленцев ушел по каким-то личным причиным, и ушла вся его команда – в том числе, я.
 

Как Кокорин помолодел на два года

 
– Когда ты еще не устроился в «Нальчик», в московском «Спартаке» работал Александр Прудников. Как экс-сотрудник «Спартака», скажи: Прудников – переписанный?
– Нет. Тут такая история: его отец был авторитетом в Смоленске, которого расстреляли у него на глазах, когда Прудников был еще маленьким. Позже «Спартак» поднимал информацию, обращался в милицию, и по документам Прудников действительно 1989-го года рождения. Так что он, судя по всему, немазанный. Чего не скажешь про Кокорина, например.
– Чего?
– Да, он однозначно 89-го года рождения, а не 91-го. Такие подозрения были еще, когда он играл за юношей. А позже получилось так: был парень, который когда-то играл в «Спартаке», а потом у нас в «Квазаре». Его друг – одноклассник Кокорина. Когда была эта шумиха про Кокорина в футбольных кругах, мы спросили одноклассника – правда, что Кокорин 91-го? Тот посмеялся и сказал, что нет. Сейчас 22-летним Кокориным все восхищаются. Но в этом году ему уже исполнилось 24. Он переписанный, у нас в «Квазаре» таких нет.
– Кто еще переписанный?
– Многие из той сборной Колыванова, который выиграла Евро в 2006. Правый защитник Самсонов, например, центральные хавы Гаглоев и Кашиев. Всем занижали на 2-3 года. Если уйти от той сборной, то Гатагов, например, который 88-го года, а не 91-го. Он сам говорил это ребятам из школы «Локомотива». Еще был веселый парень Вагих Джавадов, который в ЦСКА-Б играл. Официально он 1989-го, но на самом деле – 1986-го. Было весело, когда он как бы в четырнадцать лет приезжал на тренировки на своей машине.
– Многие, прочитав это интервью, зададутся вопросом: парень, а не страшно ли тебе все это рассказывать? И правда: не страшно?
– Я многое не рассказал – вот то как раз страшно. А так, ну не нравится мне это, и об этом знают все, но продолжают делать вид, что все спокойно и хорошо. Наш футбол так парадоксально устроен: система признает договорняки, откаты, угрозы, шантаж, обман как сложившуюся форму поведения, а любые добровольные, полезные дела обречены на провал. Я считаю, что отсутствие денег у талантливого клуба – это больший грех, чем все вышеперечисленное. Это не глупое желание бороться с ветряными мельницам, подставить какого-то отдельного человека. Я говорю об этом, потому эти вещи – угроза для существования «Квазара». Принять все это, стать частью системы с ущербными идеями и убогими ценностями я никогда не смогу.
© 2016 Спорт уик-энд

Поиск