Магомед ОЗДОЕВ: Я словно вырвался из карцера. Меня хотели надломить... Коусейру – единственный после Семина, кто боролся за игроков… Откровения экс-игрока «Локо»

 

Полузащитник «Рубина» Магомед Оздоев рассказал о причинах, которые побудили его покинуть московский «Локомотив». Говоря о своей бывшей команде, футболист не стесняется выражений «клетка», «карцер», «меня специально хотели надломить» и тому подобных, что весьма красноречиво может свидетельствовать об атмосфере, в которой живет команда. Вряд ли интервью, которое опубликовал «Чемпионат», понравится руководству клуба…

 

Я рад, что выстоял

— Магомед, со стороны мотивация вашего перехода из «Локомотива» в «Рубин» выглядела понятной: играть, играть и ещё играть.

— Была одна личная причина, о которой я говорить не хочу. Она главная. Эта история тянется давно. Узкий круг – родные, близкие, некоторые ребята в «Локомотиве» — о ней знает. Ну а второй фактор – тот, о котором вы сказали: игровая практика. Для меня очень важно играть, а не смотреть на то, как это делают другие.

 — В общем, давно хотели сменить обстановку?

— С середины позапрошлого сезона, с зимы. В первый раз я озвучил своё желание уйти именно тогда – в разговоре со Славеном Биличем. Он выслушал меня и сказал: нет, я тебя не отпущу. Когда Билич покинул клуб и вместо него пришел Леонид Кучук, я на первом же сборе сказал ему то же самое: хочу уйти. Ответ услышал аналогичный: нет. Правда, тогда он сказал, что мы можем вернуться к этому разговору зимой.

 — То есть фигура тренера для вас значения уже не имела?

— Нет. Я просто хотел уйти. Мне так было бы легче – чисто психологически. Этот уход позволил бы мне быстрей расти и двигаться вперёд. Поэтому зимой я вновь подошёл к Кучуку и напомнил о нашем августовском разговоре. И вновь услышал: нет.

 — За тренерскими «нет» стояла Смородская?

— Мне кажется, решение в таких ситуациях должно быть за тренером. Я футболист, и для меня в любом случае главным начальником будет тренер, а не президент.

 — О Смородской говорить не хотите? Исключая другие версии, мы останавливаемся на её фигуре, как на первопричине ваших проблем. Тем более что как раз по её инициативе вы полтора года назад на время оказались в дубле «Локомотива».

— А смысл мне о ней говорить? Она президент «Локомотива», а я сейчас в «Рубине». Скажу только, что сам «Локомотив» я всегда любил, с самого детства. Я всегда переживал за команду всей душой, и все это знают.

 — Пока из «Локомотива» вы ушли лишь в годичную аренду.

— Как раз через год у меня заканчивается контракт с «Локомотивом». То есть туда я в любом случае не вернусь. Сейчас я счастлив. Чувство, как будто вырвался из клетки, из карцера. В последние полтора года мне было очень тяжело. Но, что бы обо мне ни говорили, я приезжал на тренировки и работал на сто процентов. Ещё в тот год, когда всё началось, я много общался с Биличем. Он говорил: «Мага, у меня к тебе претензий нет. Тренируйся — будешь играть». Потом прилетали на игру – и моей фамилии не было в заявке. А тренер не мог ничего объяснить. Думаю, меня специально хотели надломить. У кое-кого было желание, чтобы я сломался психологически. Со временем я смирился и перестал обращать внимание на эти ситуации. Потому что знал: рано или поздно наступит тот день, когда я покину эту клетку. Я рад, что выстоял.

 

В «Рубине» мог оказаться ещё год назад

— Почему в «Рубин» вы уходите в аренду, а не подписываете полноценный контракт?

— Так решили клубы. Это не важно. Главное, что мы договорились. В последний момент мной заинтересовались и другие клубы, в которые я мог перейти полноценно, не на арендной основе. Но еще полтора месяца назад я пообещал Ринату Саяровичу, что перейду в «Рубин». Его я знаю давно, уже пять лет. И дав согласие на переход, не намерен был меня свое решение. К слову, в «Рубине» я мог оказаться еще год назад, при Курбане Бердыеве. Но тогда «Локомотив» меня не отпустил.

 — С Кучуком перед уходом разговаривали?

— Один разговор был, за день до товарищеского матча с «Викторией Плзень». И он стал для меня настоящим сюрпризом. Я не ожидал от Кучука тех слов, которые услышал от него. Я сказал ему, что принял окончательное решение уйти. Думал, он меня поймет. Кучук ведь сам был игроком, и у него самого наверняка были в карьере подобные моменты. Но мне обидно, что перед уходом я не услышал от него самых простых слов: «Мага, я желаю тебе удачи». И никто из помощников Кучука не сказал мне их. Ладно, забыли.

 — Какие уроки преподнес вам локомотивский этап карьеры?

— Я многое понял о жизни. И главное – что многим людям нельзя доверять. Когда слишком доверяешь, потом наступает этап разочарования. А я этого больше всего не люблю. Меня очень трудно обидеть. Сколько гадостей мне не делай, я всегда буду прощать. Я очень чист в душе. Я могу что-то высказать в сердцах, но за спиной ничего плохого говорить не буду. Всегда скажу в глаза. И всегда говорил. Поэтому меня и не любили.

 — В этом тоже была причина ухода?

— Да.

 

Коусейру – единственный после Сёмина, кто боролся за игроков

 — В минувшем сезоне «Локомотив» прибавил.

— Он прибавил. Но я не согласен с теми, кто считает, что в команде слишком уж многое изменилось… А вообще, знаете, для меня «Локо» это в первую очередь один человек — Юрий Павлович Семин.

 — Он уже давно в нынешнем «Локомотиве» фигура нон грата.

— У каждого свои личные проблемы на этот счет. Но для меня Палыч всегда был номером один. Это человек слова. Таких в нашем футболе очень мало. После уходе Палыча в «Локомотиве» был всего один тренер, который боролся за игроков.

 — Коусейру?

— Да, Жозе. Он всегда отстаивал мнение игроков и не давал их в обиду. Для меня это великолепный тренер, великий тренер, топ. И многие футболисты «Локомотива» до сих пор считают точно также. Хотя не все в открытую признаются в этом. Жозе был настоящим лидером. Всегда вдохновлял нас, всегда поддерживал. Я до сих пор слежу за его карьерой. Смотрел по Интернету несколько матчей «Витории», которой он руководил. Он вытащил эту команду со дна и едва не вывел в Лигу Европы.

 — А что Билич?

— Когда он пришел, поначалу у нас все было нормально. Но ближе к зиме многое испортилось. Как человек, Славен мне показался неплохим. Мог поговорить с тобой по душам, мог выслушать тебя, как футболиста. Но он не стоял за нас так, как Жозе.

 — Рады, что Семин вернулся в российский чемпионат?

— Да, рад. Будет интересно за ним понаблюдать. Хочу искренне пожелать Юрию Палычу удачи. Сейчас я могу открыто это сделать, в отличие от того периода, когда был в «Локомотиве».

— Уже разговаривали с Билялетдиновым о своей роли в команде?

— Да, еще когда давал ему слово перейти в «Рубин». Я понимаю, чего он хочет, как он видит нашу игру. Я ведь играл у него в дубле «Локомотива». В его командах никогда не было одного выдвинутого, свободного полузащитника. Было два центральных хавбека, которые бы выполняли много функций – и атакующих, и оборонительных. Меня он видит в роли одного из них.

 — «Рубин» может выстрелить в этом году?

— А почему нет? Если бы я не верил в это, я бы не переходил сюда. Всегда должны быть амбиции, вне зависимости от того, получится что-то в итоге или нет.

 

Источник: «Чемпионат».

 

© 2016 Спорт уик-энд

Поиск