Откровенный ПАНОВ рассказал, как сдавал матчи в «Зените», как Риксен уложил Радимова и насколько неприятно было получать в Питере деньги, которых не зарабатывал

 

Экс-зенитовец Александр Панов, ныне москвич, считает чемпионат России самым тупым футболом и вспоминает sports.ru, как кикбоксер Риксен уложил в раздевалке Радимова, каким лихим «стоппером» был Толя Давыдов, как выкарабкивался из наркотиков и сколько матчей в Питере сдал.

Зарабатываю сейчас футболом с тысячу

– Вы закончили четыре года назад. Чем вы все это время занимаетесь?

– Домом. Воспитываю детей. Играю в футбол. Немало матчей, турниров, выезды в города.

– Это где?

– Я играю на западе Москвы, команда «Барс». Играем в Любительской футбольной лиге, 8 на 8, в прошлом году выиграли все, что можно. Осенью в Греции будет чемпионат Европы среди любителей – Россия тоже соберет сборную из ЛФЛовцев. Я в нее вроде пока попадаю. Мне все очень нравится, хотя, конечно, не хватает гула стадиона, к которому привык – болельщиков у нас не так много. Хотя есть клуб «Мегатитан» – на их игры приходят настоящие фанаты. Кучка народа, которые поют, барабанят и даже файера жгут. Прикольно выглядит.

– Кто из известных играет в вашей команде?

– Валя Лихобабенко, который когда-то был в «Анжи». Ребята с опытом игры в первой-второй лигах.

– За это платят деньги?

– С контрактами профессиональных футболистов не сравнить, но вообще деньги нормальные. В месяц можно заработать где-то тысячу евро. Это если не напрягаться, то есть не участвовать в турнирах по принципу: сейчас играю здесь, через час – в другом месте.

– Вы как-то сказали: почти все деньги, что заработал за футбольную карьеру, я уже потратил. Так и есть?

– Я построил дом – значительную часть вложил туда. Но какие-то деньги есть, конечно. Спасибо футболу, я нормально себя чувствую.

 

Каждая игра в чемпионате России - ненакалывающая

 

– Вы постоянно комментируете актуальные события в прессе и часто делаете это уж очень радикально. Многие считают вас новым Бубновым.

– А чего мне скрывать? Я ничей не болельщик. Отвечаю как обычный обыватель, который смотрит футбол, но который играл на высоком уровне. Говорю, где есть отдача, где нет отдачи у людей – мне это нетрудно заметить. Я не буду хвалить команду, которая плохо играла, но выиграла. Ну выиграли, а смысла-то в игре нет. Сейчас большинство команд играет бессмысленно. Вот играли наши с Северной Ирландией – смотрел и не понимал, за счет чего мы хотим забить гол.

– В ваши времена играли со смыслом?

– По-разному было. Сейчас другие требования к клубам. У нас из легионеров были только ребята из Украины и Беларуси. Платили им меньше, чем нынешним легионерам, но по отдаче они им не уступали. Хотя, может, тоже туповатый был футбол. По сути, только «Спартак» можно отметить – стеночки, забегания, пас. Остальные с ними бились.

– Самый тупой футбол, который видели в последнее время?

– Могу чемпионат России к этому отнести. Почти каждая игра – неинтересная, неажиотажная, ненакалывающая. Поэтому в последнее время стал смотреть только московские клубы. Когда периферийные играют – совсем неинтересно.

 

Самое дикое судейство - с «Зенитом» в 1999-м против газзаевской  «Алании» во Владикавказе

 

– Когда Валерий Газзаев всю прошлую осень возмущался тем, что его «Аланию» убивают судьи, вы сказали: «Газзаев пьет из того колодца, куда наплевал в свое время. Пусть они расскажут, какие у них раньше пенальти ставили». Самое дикое судейство во Владикавказе, когда туда приезжали вы?

– С «Зенитом» в 1999-м. Просто убивали. Только начали игру – нам пенальти. Потом штрафными обложили. В конце матча Березовский судью матом послал, получил красную. Малафеев вышел первый раз за «Зенит», кстати. Как ни удивительно, матч мы не проиграли – 2:2.

– Что говорил судья, когда вы к нему подходили?

– А что он скажет? Все ясно ведь. В тех городах, где играют «Алания», «Анжи», «Терек», всегда такие моменты есть. Судьям, наверное, страшно там не судить как надо. Потом – судьи же бедными были в то время. Может, кто и спонсировал их… Зато мы помним историю, как «Алания» вышла в Лигу чемпионов и увидела, что там нет команд, у которых можно взять очки. «Рейнджерс» – 2:7. Это подтверждение того, что выходить в такие турниры надо честно. Потому что когда футболисты играют на пределе, ты видишь их реальные возможности. А когда они обычно играют вполноги, а потом им надо играть на пределе – валятся и ничего сделать не могут.

 

Толя подкатил правильно - партня с поля и унесли

 

– Делясь впечатлением об очередной выходке Луиса Суареса, вы сказали: «В наше время под него аккуратно подкатился бы Анатолий Давыдов, и Суарес закончил бы с игрой». Вам не кажется, что это комментарий из эпохи быдлофутбола?

– Нет. Правильный жесткий подкат – это необязательно грубая игра. Прыгать сзади, лупить по ногам – это и идиоту несложно сделать. А вот поймать в игровом моменте так, чтобы игрока унесли… Понятно, что не заканчивали с футболом, но лечились долго. Самый памятный подкат Давыдова – из матча с «Черноморцем» в Питере. Один полузащитник его просто достал: финтил, двигался, бегал. Ну Давыдов его один раз хорошо поймал на бровке. Желтую, правда, получил. Но парня унесли с поля и в том матче он на него больше не вышел.

– Самая тяжелая травма, которая случалась на ваших глазах?

– Перелом Парфенова из «Спартака», когда я играл за «Динамо». Во втором тайме Виталий Гришин со всего размаху как ударил его по голени. Все, что я слышал, – хруст. Зрелище было ужасным: даже кость вроде бы вылезла из ноги.

 

Михаил Кержаков перспективнее Акинфеева

 

– «Игроки сборной повели себя как женщины», – еще одна ваша цитата, по мотивам выступления России на Евро-2012. Вы не жалели об этих словах?

– Нет. А чего они плачут все время? Все время недовольны. Это девушки могут быть недовольны – они и плачут. А мужчина должен стойко переживать радость и горе. Виноват – отвечай. Меня бесит, когда вижу: идет футболист мимо журналистов и мямлит: «Не буду говорить. Мне запретили». Ну полный бред! Ты в Англии так сказал бы. С тобой журналисты потом такое сделали бы, что ты бы за ними потом бегать начал, как собачка, чтобы дать интервью. Ты не увиливай, а скажи: «Сыграл плохо. Из-за меня забили гол».

– Зачем же говорить за всех? Константин Зырянов после поражения от Израиля в 2009-м анализировал: «Мы сегодня обосрались».

– Костя – парень правильный потому что. Поэтому так и говорит.

– «Михаил Кержаков перспективнее Акинфеева», – еще одна ваша фраза, которая у меня вызывает только один вопрос: чем?! Чем Кержаков перспективнее Акинфеева, который старше его всего на год, а выиграл все, кроме Лиги чемпионов.

– Акинфеев – игрок высокого уровня, тут я не спорю. Но он играет ниже своих возможностей. Возможности выше. Он выиграл все, нужен скачок, чтобы выиграть Лигу чемпионов. Акинфеев – вне конкуренции в России, но по игре Кержаков мне больше нравится. Потому что у него больше работы. А работы Акинфеева я не вижу: у него защитники сборной рядом. Акинфеев мне нравился в 20-21 год. Там было желание, энергия, юношеский максимализм. Сейчас он играет как ветеран – где лень упасть, где лень прыгнуть. Если бы его поставили в другие ворота, было бы интересно сравнить.

 

Понять не могу, зачем играть в одного нападающего. Кержакова

– Чего вы не можете понять в современном футболе?

– Игру в одного нападающего. Все мучаются, но все равно играют с такой тактикой – в чем смысл? Делают лишнего опорника в центр. Чтобы тормозить игру – куда ее еще тормозить? Или вот наши играли в одного Кержакова. Выпал он – и все, получается остроты нету. Одного форварда выключить четырем защитникам легче, чем двух.

– Ваш любимый нападающий мирового футбола?

– Дель Пьеро. Понятно, что сейчас он не в суперклубе, но он мой детский кумир. Я с малых лет за «Ювентус», мне форма их бело-черная почему-то очень нравилась. Дель Пьеро был богом: постоянно забивал. И красиво.

 

Воровал хлеб, сидел на игле -  «Бригада»

 

– Вы были поклонником культового сериала «Бандитский Петербург»?

– Я был поклонником «Бригады». Она мне напоминала нашу историю. Нас тоже была четверка ребят. Только в «Бригаде» – послеармейская жизнь, а у нас – до армии. Играли в футбол и хоккей в Колпино.  Воровали хлеб. На Ижорском заводе бомбили.

– Много этим зарабатывали?

– Рублей по 200 нам выпадало. Если за рубль много можно было чего купить, то представьте, что такое 200. Инженер столько в месяц не получал.

– Где эти друзья сейчас?

– Давно лежат в могилах. Умерли, когда им было 21-22 года.

– От чего?

– От наркотиков.

– Ни для кого не секрет, что в юности вы сидели на тяжелых наркотиках. Расскажите, что приводит людей к этому?

– Глупость. И желание попробовать что-то необычное.

– Как зовут человека, который помог вам слезть с иглы?

– Был друг Игорь. Он во дворе был вообще единственным, кто не поддался на всю эту бодягу. Видел, какими мы были уродами, и не хотел быть таким же. Всегда общались, подбадривал. Другой человек – Виталий Василич Лебедев, мой тренер в дубле «Зенита». Он очень сильно помог, по сути вытащил меня. Заинтересовал пацана футболом в очередной раз. Тогда-то футбол уже не так интересен был: денег было много, напрягаться не хотелось. А он отнесся ко мне по-человечески. Тренировки у него интересные были, я приезжал на них и прямо радовался.

Ну и Китай. Когда появилась возможность там выступать, я согласился, потому что это была возможность не видеть ни друзей, ни подруг, не вариться в этой каше. Так что Китай стал моим спасением.

– Те три друга из вашей компании умирали уже после вашего возращения?

– Да, я стал об этом узнавать, уже когда перебрался в Питер.

– Вы не были на похоронах? Наркотики разбили дружбу?

– Не был. В наркотиках нет друзей, да. Есть только тот, кто продает. И тот, кто тебя разводит.

 

Радим продолжил с экс-хулиганом Риксеном в раздевалке

 

– Самая большая драка, которую вы видели на футболе?

– Такое в основном на сборах. Когда три недели живешь в лесу, бьешься за место в составе, крыша часто съезжает. Помню, в «Зените» был вратарь Мананников. Мы играли товарищеский матч, у нашего защитника игра совсем не получалась. Мананников подошел к нему и дал бутсой по башке – чтоб проснулся. Второй тайм защитник провел уже лучше.

Так же на сборах, кажется, уже за «Торпедо» играли с «Базелем». Там два этих брата были… Как их?

– Якины.

– Точно. Был какой-то эпизод, где один то ли пас не тот отдал, то ли еще что. Другой ему сделал замечание. Первый ответил, оба перешли на повышенные тона, а потом подбежали друг к другу и – дышь, дышь – по морде. Мы смотрели и не понимали, что происходит. Было бы из-за чего подраться.

А, совсем забыл! Еще драка Риксена и Радимова на сборе «Зенита». Там вроде Риксен что-то неправильно сделал – Радимов на него наехал. Вадик вспыльчивый, как налетит. А Риксен: «На! Куда летишь?»

– Риксен ту драку выиграл в одни ворота. Вас это удивило?

– Нет, конечно. Риксен у себя в Голландии вроде кикбоксингом занимался, а потом даже в хулиганской группировке какого-то клуба был.

– Не многие знают, что драка продолжилась в раздевалке. И там, как говорят, Риксен просто оттаскал Радимова. Вроде как после этого его авторитет в команде сильно упал.

– Насчет оттаскал – не знаю. Пока они были в раздевалке, мы же на поле оставались. Но, как говорят, они там продолжали. Ну и Влад после этого молчал, да.

 

Парочку раз сдал в "Зените" матчи. Еще до Мутко

 

– Сколько раз вы принимали участие в матчах, которые принято называть странными?

– Немного. Мы в то время не особо их употребляли. Может, парочку.

– Как такой матч организуется?

– Опытные ребята подходят и говорят: «Сегодня надо или проиграть, или сыграть вничью. Не больше». Я был шкетом, но уже выходил на замены, забивал – меня надо было предупредить, вдруг бед каких-то натворю. Но я всегда ставил условие: в любом матче, даже таком, я должен забить. А вы там пропускайте, сколько вам нужно.

– Как вела себя ваша совесть? У вас не было ощущения, что вас заставляют есть говно?

– Ощущения именно такие и есть. Но лично на меня никто никогда извне не выходил. Выходили на конкретных людей, которые потом доносили до команды. А дальше – ты или участвуешь в этой системе, или нет.

– Зачем «Зениту» было сдавать матчи?

– Ну, такое же бывает обычно в конце сезона, если для тебя результат ничего не решает. Если команде самой очки нужны – понятно, что она никогда не сдаст. А если не нужны, то обычная практика обмена очков: сегодня ты отдашь, в следующем сезоне тебе вернется.

– Как на это реагировал тогдашний президент «Зенита» Виталий Мутко?

– В то время его в клубе еще не было. Были другие президенты.

 

На лавке в "Зените" полмиллиона долларов стыдно было получать

 

– Самый необычный партнер по команде?

– Максимюк Рома. Такие истории жене рассказывал! В «Спорт-Экспрессе» выходила сборная тура. Он подходит к жене с газетой: «Видишь, я в сборную тура попал. В Москву уезжаю». Она, глупышка, верила. А сам не в Москву, а тусоваться. Пользовался тем, что жена ни с кем не общалась, не могла никому позвонить.

– Он же еще азартные игры обожал. Много проигрывал?

– Когда проигрывал, а когда выигрывал. Они с Юрой Вернидубом казино чистили регулярно. И по $40 000 там выигрывали.

– Это при зарплате в $10 000?

– Даже меньше.

– Самая большая зарплата, которую вы получали, пока играли?

– Наверное, когда в «Зенит» вернулся в 2006-м. В остальных клубах я получал скромные деньги. Зато свои.

– То есть?

– На те деньги, которые я получал, я и играл. Не хуже и не лучше. Когда я вернулся в «Зенит» и сидел на лавке, мне неприятно было эти деньги получать. Не потому что брезгливый. А потому что я их не заработал. А деньги надо зарабатывать, а не так, чтобы тебе их просто давали. Сейчас в России их стали просто давать.

– У вас в «Зените» контракт был полмиллиона долларов в год, ведь так?

– Где-то так, да.

 

© 2016 Спорт уик-энд

Поиск