Экс-наставник сборной России по биатлону Анатолий ХОВАНЦЕВ: Когда узнал про очередной допинг в России, подумал: «Господи, какие идиоты!»

 
- В 1998-м пришлось уйти не по своей воле - приговор был по итогам Нагано, я тренировал мужчин. С Олимпиады мы привезли только бронзу в эстафете. Не хочу углубляться в причины, но тогда команда была голая - мы с Польховским были и тренерами, и смазчиками, и всеми остальными, - рассказывает известный отечественный тренер по биатлону Анатолий Хованцев, уволенный Прохоровым прямо во время эстафеты на ЧМ-2011. Это был скандал и, возможно, самая большая биатлонная ошибка последних лет. - Хотелось поработать в нормальных условиях. В 2010-м, когда вернулся, был шок: как тренировалось шесть спортсменок в основе, так и осталось. Зато обслуги стало больше в разы. Жаль только, что почти вся обслуга была далека от биатлона.
- Правильно ли думать, что сезон-2010/2011 - робкая попытка сделать русский биатлон чистым?
- Да. Сверху никто ничего не говорил, но это было понятно. Перед врачами была поставлена задача: пресечь использование любых препаратов без предварительного согласования с тренером. Это касалось вообще всего, даже разрешенных лекарств. Могу смело сказать: за годы работы я вообще не интересовался этой стороной спорта.
- Постолимпийский сезон - наверное, и смысла что-то принимать не было?
- Смысл всегда есть - хотя бы деньги. В 90-е даже при больших успехах на Кубке мира заработать было невозможно. Сергей Тарасов после Лиллехаммера получил 8 тысяч долларов за олимпийское золото - смешная сумма. Сейчас есть мотивация, есть большой соблазн, начиная с юниорского возраста.
- Когда узнали про очередной допинг - Юрьевой, Старых, теперь вот Логинова, что подумали?
- «Господи, ну какие идиоты?» Юрьева вообще… тот же самый препарат, что в 2009-м. В принципе, когда я узнал, что в команду вернулись известные врачи, все стало понятно. Надо было просто ждать. Конечно, это не самодеятельность. Я думаю, все было сделано с разрешения руководства на самом верху.
- Тренеры ведь сплетничают об этом?
- Если вы о врачах, то почти все их знают в лицо и догадываются, чего ждать. Вид спорта такой - все друг на друга кивают: посмотри на австрийцев, посмотри на немцев... Биатлон заражен основательно. Раньше я еще сомневался, сейчас нет.
Вспомните вопрос, который возник вокруг спортсменов, которые пользовались услугами немецкой лаборатории. Если бы эта информация была неправдой - тот телеканал бы судили. Но никто никого не судил, историю просто замяли.
- Разве в 90-е допинга было меньше?
- Не знаю. Мне кажется, на Олимпиаде в Нагано процентов 70 бежало на допинге. Я думаю так: не все российские биатлонисты, которые использовали запрещенные препараты в 2008-м и 2009-м, были дисквалифицированы.
***
- Вас ведь не устраивал тот тренерский коллектив, который сложился: вы, Медведцев, Коновалов. Что было не так?
- Я знаю, что Медведцев активно влиял на Слепцову, поскольку она дружит с Ольгой. Если вы почитаете высказывания Медведцева по поводу меня, то, может быть, что-то поймете. Он зациклен на том, что в 1994-м я его не поставил в эстафету в Лиллехаммере. Хотя он туда не проходил по спортивному принципу.
Я поставил его в индивидуалку - за него просил весь Ижевск во главе с Ткаченко, там Валера пробежал откровенно слабо. Не попал в эстафету - ему эта ситуация не дает покоя почти 20 лет.
- Что за история с Владимиром Драчевым? Он начинал предсезонку консультантом, но потом пропал.
- Когда возникла кандидатура Вовы, я был только за. Мы с ним в прекрасных отношениях, его предлагал Барнашов. Вова был нужен для работы над техникой. Приехал на второй сбор в Отепя - а его даже селить некуда, я взял его к себе в номер.
Но ладно, работа пошла - его хорошо воспринимала команда, был эффект. А у Драчева такой характер - он высказывается по любому поводу. В конце концов Барнашов понял, что Вова может перейти ему дорогу в плане авторитета. Потом просто в какой-то день Барнашов дал приказ: Драчева больше не зовем - это нецелесообразно.
- Спортсмены тоже пытались рулить процессом?
- Один пример. Мы почти каждый день проводили собрания на сборах. Для чего? Обсуждение работы, проблем, нюансов - это обычная практика. Подходит Слепцова: Анатолий Николаевич, а почему собрания проводим каждый день? Ну, Свет, чтобы вы друг у друга учились, делились мнениями, слушали.
На следующий день Барнашов объявляет: собрания больше не проводим - приказ Кущенко. Формат изменился на индивидуальные беседы: это значит, за вечер надо провести 8 бесед, пройтись по женским номерам. Времени до полуночи не хватит.
***
- Вы ведь еще до начала ЧМ-2011 понимали, что вам осталось работать совсем немного?
- Понимал. Еще до чемпионата был момент, когда я мог уйти. В аэропорту, перед отлетом на сбор в Риднау мне донесли информацию, что спортсмены сами решили, как им передвигаться и тренироваться. Я чуть из аэропорта не ушел, но куда оттуда денешься - оружие оформлено на меня.
- Вы имеете в виду ситуацию с выездом в США на этапы Кубка мира?
- В том числе. К примеру, Слепцова однозначно не должна была туда ехать, и Захаров был против - он тогда еще влиял на нее. Мы определились, что четверо едут в Риднау: Зайцева, Слепцова, Юрлова, Богалий - без Америки. Это было последнее собрание в Рупольдинге.
Через неделю в Антхольце я узнаю, что Света едет в Америку. Иду к Барнашову: Михалыч, что за дела? Он: руководство однозначно решило, да и она сама хочет разгоняться, разбегаться.
Я пытался ее вразумить: тебе нужно отдохнуть перед ЧМ и бежать - и ты будешь нормальной. Но она поехала в США. На второй гонке уже посыпалась. Я звонил туда Ефимову и Коновалову: снимайте ее, ей дальше бежать нельзя, иначе она просто похоронит себя. Она сдалась.
- Она вообще кого-нибудь слушалась?
- Света, в общем-то, неуправляемая. У нее хорошая стрельба - даже в плохом состоянии. У нее отличная функция - даже с учетом того, что у нее могло что-то быть в 2008-2009-м. Но работать с ней сложно. За десять дней до ЧМ мне звонит Захаров: придумай что-нибудь! А я уже ничего не могу придумать, поздно.
- Зачем тогда поставили ее в микст, где она сразу же прибила команду?
- Решал не я. Чемпионат в Хантах - было решение руководства, чуть ли не на уровне региона. Думаете, в обычную эстафету был выставлен мой состав? Помните, кто тогда бежал?
- Юрлова, Богалий, Слепцова, Зайцева.
- Ну вот. За пять минут до дедлайна по подаче заявок я отнес бумагу в компетишн-офис: Юрлова, Гусева, Слепцова, Зайцева. Состав выбирали коллективно: я, Ефимов, Коновалов, Загурский, Барнашов.
- Как случилась замена?
- Наша вакс-кабина - ближайшая к компетишн-офису, 50 метров. Я зашел туда, переговорил с сервисом, выхожу. И диктор по стадиону объявляет состав с Богалий, но без Гусевой. Е-мое, померещилось, что ли? Бегу в компетишн-офис: кто подал заявку? Барнашов.
- Ругались?
- Пообщались на матах. Девочки сказали, что они побегут с Богалий - потом Гусева сильно возмущалась в фэйсбуке. Когда Барнашов успел с ними это обсудить, я не знаю. По-моему, это подло.
- Как был обставлен выход на спринт Анастасии Токаревой, которая до этого ни разу не бежала на Кубке мира?
- Это вообще нонсенс. Все исходило от региона - Тюмень пролоббировала. Она хорошо стреляла, но ногами была никакая. Начали обсуждать состав, Кущенко и Барнашов выступили: Токарева бежит, по остальным решайте сами. После пасьюта, когда Настя отстала на круг, я им все высказал, но что тут уже изменить.
***
- Как в мировом биатлоне воспринимают Пихлера?
- Если бы Пихлер был одаренным тренером - немцы его давно бы забрали. У них денег хватает на любого тренера. У норвежцев тоже проблем нет - но никто его не звал.
Форсберг и Зидек приходили к нему уже сильными лыжницами. Да, Юнссон выросла, но больше никого. Смотрите, Форсберг почти такого же телосложения, как Мякяряйнен. Зидек такая же, только ниже ростом. Юнссон - высокая и худая. На них нарастить мышечную массу невозможно. Было ясно, что он ничего не сможет сделать в России с тем составом, который тогда был.
Работа Пихлера подходит девочкам с малой мышечной массой. Вспомните, какая эйфория была в начале его работы с Россией? Сделали упор на силовую работу. И кто умер в первый год? Богалий, Гусева, Юрлова - крупные девушки, у которых есть большая мышечная масса. Он их закрепостил, масса начала увеличиваться, хотя надо было растягивать мышцы. Росла бы сила, а сами мышцы не увеличивались бы в объеме - это короткая работа.
- Кого из той команды можете назвать своей опорой?
- Зайцеву, хотя, казалось бы, при ее уровне проблемы должны были возникать. Жаль, что так получилось на ЧМ-2011 - она заболела, да и была не в лучшей форме. Хотя очень близко к медалям в спринте и масс-старте. Мало кто помнит, но предсезонку она начала только в июле. Осенью на сборе в Мурманске подходила ко мне: я, наверно, на Кубок мира не поеду, я не готова. И это до всех контрольных. Зимой потихоньку набирала, но перед чемпионатом все немного сломалось.
- Если бы вас - ну вдруг - новое руководство СБР вновь позвало на работу - согласились бы?
- Оох... Меня бы сильно озадачило это предложение. Один раз обжегся, сильно обжегся... Дочь в 2011-м не поняла мой поступок: говорила, пап, очень сильно пожалеешь. И была права. Я за один сезон потерял нервов больше, чем за все годы работы.
Но я люблю Россию, это моя родина. Поэтому категорично ничего не скажу - если бы вернулся, то только на четких условиях. А есть ли сейчас эти четкие стандарты в новом СБР? Не уверен, - сказал Хованцев в интервью Sports.ru.
© 2016 Спорт уик-энд

Поиск