Вячеслав БЫКОВ: Мы так и не сделали выводов после Ванкувера


Ровно четыре года назад Вячеслав Быков был в нынешней роли Зинэтулы Билялетдинова. Потерпев болезненное поражение в четвертьфинале Олимпиады, Сочинское фиаско Быков переживал на трибунах «Большого», почти до самой концовки рокового матча с Финляндией, веря в счастливый для сборной России исход… К счастью, провал команды Билялетдинова не затмил хорошие впечатления от праздника, которыми Вячеслав Аркадьевич делился по телефону долго и с удовольствием.


Общая победа важнее результата в хоккее


- Мне хорошо запомнилась моя первая Олимпиада – в Калгари, - Быков  начал с воспоминаний. - Помимо победы нашей сборной она ассоциируется с красочной обстановкой большого праздника. Потом был Альбервиль и Ванкувер – везде есть, что вспомнить. Но Игры в Сочи даже на этом фоне оказались грандиозным событием!
- Что вас особенно впечатлило?
- Всё! Размах, своеобразный замысел и эстетика церемоний открытия и закрытия Олимпиады. Качество и шаговая доступность спортивных объектов, удобство в передвижении – транспорт ходил регулярно и как часы. Особый шарм соревнованию придала развязка -  победу в командном зачете мы одержали в последние дни, на потрясающих по интриге и эмоциональному накалу стартах.
- Вы находились в Сочи до закрытия?
- Нет, уехал 21 февраля. Но настолько был впечатлен олимпийской атмосферой, что триумф Зубкова, Легкова и биатлонной команды ощущались, как будто я наблюдал за их стартами воочию. Отдельно порадовался за своего друга Сергея Кущенко (исполнительный директор Союза биатлонистов России. – И.К.). Знаю, что он проделал огромную работу для развития биатлона во всех регионах нашей страны, всё сделал для успеха на Олимпиаде. Но начиналась она для биатлонистов на фоне критики и обидных неудач. Тем не менее команда справилась с этим давлением и блистательно завершила Олимпиаду. Браво!
- Значит, печаль от выступления хоккейной сборной не должна затмевать успех всей олимпийской команды?
- Нет. Успех наших олимпийцев – как в отдельных видах, там и в общекомандном зачете, – гораздо масштабнее и важнее, чем неудачный  результат хоккеистов.


В Сочи у нас не было команды


- От разбора выступления хоккеистов нам с вами никуда не уйти. Какие чувства  вызвало поражение сборной России в матче с Финляндией?
- Досаду. Даже не от самого поражения. От того, что после неудачи в Ванкувере мы выводов так и не сделали. Результат нашей сборной стал неприятным, но, увы, логичным.
- Вспоминая в Сочи разгром от канадцев в Ванкувере, вы отмечали особую важность психологического настроя на решающие матчи. Разграничивали разницу между желанием хоккеистов отдать все для победы и готовностью жертвовать собой. Чего, как вы сказали, вам тогда добиться не удалось. Сейчас такую готовность у сборной видели?
- Нет. Соглашусь с мнением, что в Сочи у нас не было настоящей команды, в которой, в зависимости от ситуации, всегда найдется лидер и поведет за собой. Когда мы с Игорем Захаркиным тренировали сборную, нас много в чем упрекали, критиковали по многим игровым моментам, особенно после поражений. Но никогда не было такого, чтобы у нас играла разрозненная группа людей – мы всегда были единым целым.
- В данном случае это скорее тренерский вопрос или сами хоккеисты должны были в большей степени брать ответственность на себя?
- Мы при комплектовании сборной учитывали не только игровые, но и человеческие, психологические, лидерские качества игроков. Заранее старались просчитывать, как это может сработать и как повлиять на игру и результат. Поэтому стремились, чтобы в зависимости от ситуации и по необходимости доминирование и ответственность распределялись. Сейчас хоккейная тема обсуждается очень широко, по игре сборной высказывается много мнений. Но я пока ни разу не видел и не слышал разбора именно психологических моментов, как были распределены лидерские роли, как они проявлялись на площадке.
- Эти аспекты называют командной химией. Может быть, ее нужный баланс априори было найти проблематично? Ведь команда в полном составе собралась практически накануне старта турнира…
- Не нахожу в этом объяснения. Ведь у всех сборных ситуация была точно такой же. Тем более что наша даже имела преимущество – ведь у нее почти половина состава представляла КХЛ и до приезда в Сочи проводился сбор в Казани.


Лучшие сборные наглядно показали, чем отличаются от нас


- Тренерскому штабу вменяют в вину неопределенность с вратарем. Вместо того, чтобы сразу определить первого номера, голкиперы чередовались в каждой встрече. Это на самом деле принципиальный момент?
- Вратарская тема, тем более на коротком турнире – вопрос очень тонкий. Трудно найти метод, который будет универсальным во всех случаях. Мы старались почувствовать, на кого стоит положиться, уже по ходу турнира. Исходили в том числе из того, как для нашей команды развивалась ситуация. Опирались и на мнение Владислава Третьяка, работавшего в нашей команде с вратарями. Сейчас же выделять этот вопрос как серьезную причину неудачного результата, думаю, не стоит. К тому же и Бобровский, и Варламов – голкиперы экстра-класса.
- Показалось, что команда была слишком явно поделена на атакующую и оборонительную часть. И соответственно в атаке в полной мере не были задействованы Семин, Тихонов, Тарасенко – сильные именно как бомбардиры. Это обеднило потенциал сборной?
- От обсуждения персоналий я предпочту уйти. По поводу использования конкретного хоккеиста мнений может быть много, в том числе и разных. Тем более что во время турнира только тот, кто работает с командой, видит состояние игрока, меняется ли оно по ходу турнира, как он справляется с заданием. Анализируя игру сборной, я смотрю шире. Уже говорил, что мне эта система не нравится. На мой взгляд, не должно быть столь заметного разделения задач у разных пятерок. Все должны по максимуму участвовать в игре, нацеленность на атаку нужна от каждого звена, все должны быть всегда готовы эффективно сыграть в любой части площадки. Такой команде противостоять гораздо сложнее. Но именно такой сборной у нас в, Сочи, мы, к сожалению, не увидели.
- В какой момент четвертьфинала вы поняли, что печальный конец необратим?
- Верил в успех почти до последнего. Все-таки в хоккее очень быстро ситуация может развернуться от почти безнадежной до оптимистичной. Одна заброшенная шайба, несколько удачных действий и соперник уже почти рядом. Но вера в спасение постепенно угасала, а в последние десять минут стала угасать стремительно. Дополнительная возможность изменить ситуацию появилась за несколько минут до конца, когда мы получили большинство. После того как реализовать его не смогли, надеяться было уже почти не на что. Рассчитывать на то, что к нам перейдет преимущество, не позволяла игра команды. Не было искры, способной вызвать у игроков пламя готовности смести соперника. Этого, повторю, не было.
- Глядя на решающие матчи первой четверки, что бросалось в глаза, когда вы проецировали их игру на то, что продемонстрировала сборная России?
- Здесь придется вернуться к тому, о чем я говорил еще будучи тренером сборной. Это было 5 лет назад. Мы видели, куда двигается хоккей, какие тенденции становятся в нем определяющими, обращали внимание на успех некоторых сборных, способных действовать в современном ключе. Посмотрите на все лучшие команды Олимпиады – Канаду, Швецию, США, ту же Финляндию. Они играют в тотальный хоккей. Все пятерки одинаково работают и на защиту, и на атаку. Любой хоккеист встроен в первую очередь в тактику команды, работает на эффективное взаимодействие с партнерами. Как, например, Кросби отрабатывает в обороне, выгрызает в своей зоне шайбу! То же самое касается любой звезды в других командах, там вообще не увидишь, чтобы  кто-то выпадал или же какое-то звено освобождалось от общей командной тактики. Мы всё это говорили, объясняли, в том числе на исполкоме, когда было принято решение не продлевать контракт со мной и Игорем Захаркиным. Но как показала Олимпиада, нас не услышали. Мне вдвойне обидно, что мы не только проиграли домашнюю Олимпиаду, но и, не сделав никаких выводов, остались на месте. И находимся сейчас, к сожалению, там же, где были четыре года назад.
Игорь КОРОТЫГИН.

(Продолжение интервью с Вячеславом Быковым, из которого вы узнаете о том, как он отреагирует на предложение снова возглавить сборную России, если оно поступит, что нужно сделать, чтобы вывести наш хоккей из кризиса, а также о том, должен ли быть тренер сборной освобожденным, читайте в следующем номере «Спорт уик-энда», который появится в продаже в пятницу, 28 декабря).

© 2016 Спорт уик-энд

Поиск