Вячеслав КОЛОСКОВ: Мутко против, значит, это не государственная политика


На сегодняшний день, по мнению почетного президента РФС, УЕФА ведет правильную линию, не говоря «нет» новым идеям. Наложить вето на проект под названием «Объединенный чемпионат» никогда не поздно.

Ушедший январь стал по-настоящему футбольным для нашего города, который принял сразу два турнира: Мемориал Валентина Гранаткина и Кубок Содружества, во время которого Питер посетил президент ФИФА Йозеф Блаттер, сделав на пресс-конференции заявление, что ФИФА не поддержит идею проведения чемпионата СНГ. Своими впечатлениями от проведенных питерских турниров, чемпионата России, размышлениями о перспективах чемпионата СНГ и шансах наших клубах в еврокубках в беседе с корреспондентом «Спорт уик-энда» поделился бывший руководитель нашего футбола, а ныне - почетный президент РФС Вячеслав Колосков.

Мемориал Гранаткина дал путевку многим ребятам

- Вы стояли у истоков Мемориала Гранаткина и Кубка Содружества, которые теперь ежегодно проводятся в Питере. Трудно было организовать такие турниры?
- Действительно, я являюсь их основателем (улыбается). Когда Валентин Александрович Гранаткин, который многие годы был членом Исполкома ФИФА, а впоследствии стал вице-президентом этой организации, ушел из жизни, нужно было увековечить память о нем. Я предложил ФИФА проводить международный турнир его имени. Исполком меня поддержал. Что касается Кубка Содружества, то когда распался Советский Союз, у меня возникла идея организовать турнир в знак той дружбы, которая была между футболистами бывшего Советского Союза. Её поддержали мои коллеги из национальных федераций. Я разработал соответствующие документы, и они были приняты всеми. Никаких сложностей не возникло. Наоборот, присутствовало полное понимание.
- Почему было принято решение, чтобы в турнире Гранаткина принимали участие именно юношеские команды?
- В последние годы перед развалом страны стало всё меньше внимания уделяться юношам, ликвидировались специализированные школы и училища олимпийского резерва. Поэтому надо было проводить соревнования, которые могли бы не только показать уровень развития юношеского футбола, но и поднять его. В итоге на Мемориале Гранаткина проявили себя многие ребята, которые затем заиграли в командах мастеров.
- Почему же после распада СССР турнир на некоторое время прекратил свое существование?
- Элементарно - не было денег. Государственное финансирование прекратилось. Спонсоров днем с огнем было не сыскать - мы еле-еле наскребали деньги на функционирование семи штатных сборных команд, которые были в структуре РФС.
- Первоначально турнир проводился в Москве. С чем связан его переезд в город на Неве?
- Дело в том, что мы постоянно испытывали проблемы с манежем ЦСКА: то у них какие-то соревнования, то выставки… Естественно, искали, где нас примут более радушно. Таким местом оказался Ленинград.
- Как удалось возродить турнир?
- Как только появилась возможность собрать необходимые средства для того, чтобы обеспечить содержание и проживание команд на этом турнире, было принято соответствующее решение. У нас неплохие отношения сложились с Газпромом, с которым был подписан контракт. «Ростелеком» был нашим партнером, какая-то пивная компания. С телевидения тоже получали неплохие деньги за трансляции. Словом, мы сформировали бюджет, который позволил возродить этот турнир.
- Как относитесь к тому, что теперь турнир принимает уже 16 участников?
- Положительно. Чем больше будет представлено разных футбольных школ, тем станет интересней со спортивной точки зрения. Думаю, что 16 команд - это оптимальное число, и вряд ли стоит его увеличивать. Нужно увеличивать не только количество, но и поднимать качество.
- По каким критериям должны подбираться участники?
- Мне трудно сказать. Думаю, что главным критерием должно быть желание играть на таком турнире.
- Участие сборной Санкт-Пе­тер­бурга в нем - это плюс?
- Естественно, поскольку повышается зрительский интерес. Ведь помимо того, что она - хозяйка, сборная Санкт-Петербурга сильна, что она доказала выходом в финал.
Прежнему Кубку Содружества нашли удачную альтернативу
- Если говорить о Кубке Содружества, оправдал ли себя перевод турнира на новую систему - с участием молодежных сборных?
- К сожалению, другого выхода не было. В спортивном плане турнир себя исчерпал с точки зрения участия в нем победителей национальных чемпионатов. Не потому, что денег стало мало, а по объективным причинам. Тут уже никакие призовые не помогли бы: команды целенаправленно готовились в естественных условиях для того, чтобы участвовать в европейских Кубках. Всё это началось еще при мне, а потом продолжилось дальше. Поэтому альтернатива клубному турниру получилась удачной: вместо дублирующих составов на Кубке Содружества теперь играют молодежные сборные, демонстрирующие футбол приличного уровня. Так что это разумное решение вопроса. Конечно, нужно больше пропагандировать этот турнир, его организацией должны заниматься специально обученные люди, чтобы вывести его на новый уровень.

Не хотел вклиниваться между Блаттером и Толстых

- На ваш взгляд, в будущем турниры Гранаткина и Содружества должны проходить именно в Питере?
- На мой взгляд, в Москве нет подобной площадки, да и зрители более инертны, чем в Петербурге. Команды приезжают не только играть в футбол, но и в культурном плане город на Неве очень привлекательный.
- Кубок Содружества больше спортивное мероприятие или же политическое?
- Никакой политики здесь нет - для меня это понятно. Но к нему есть интерес со стороны руководителей международного футбола, начиная от Авеланжа. Сюда приезжали Юхансон, Блаттер, Платини. Еще один важный момент - приезд президентов федераций стран СНГ. При мне было так: мы разрабатывали единую спортивную политику накануне заседаний конгрессов ФИФА и УЕФА.
- На этот раз вас не было в числе гостей. Почему?
- Я был приглашен Николаем Александровичем Толстых, но посчитал не очень удобным для себя внедряться между Блаттером и Толстых, а также между Блаттером и Мутко, чтобы не отвлекать внимание президента ФИФА. У меня с ним никаких проблем нет, поскольку мы часто видимся. Поэтому мое присутствие только бы отвлекало или напрягало наших руководителей.

Газзаеву организацию объединенного чемпионата не потянуть

- В интервью нашему изданию вы уже говорили, что являетесь категорическим противником чемпионата СНГ. После высказываний по этому поводу Йозефа Блаттера можно ли считать, что в данном вопросе поставлена точка?
- Обратите внимание, что за полтора месяца до оглашения своей позиции Блаттером в интервью с вашим изданием я говорил практически те же слова, поскольку мы с президентом ФИФА руководствуемся только одним документом: Уставом Международной федерации футбола. Поэтому другого заявления не могло быть в принципе. Что касается поставленной точки, то, как следует из недавнего интервью Газзаева, видимо, о ней говорить преждевременно. Оргкомитет чемпионата СНГ принял во внимание заявление Блаттера и продолжает свою работу, готовится к рассылке приглашений командам. Так что работа продолжается, несмотря на заявления таких людей как Блаттер, Мутко и Толстых.
- Как вы отнеслись к тому, что Валерия Газзаева назначили главой оргкомитета? Ведь перед этим он называл идею объединенного чемпионата утопией...
- Видимо, ему сделали предложение, от которого Валерий Георгиевич не смог отказаться! Прекрасно помню его первоначальные высказывания. Последние - тоже. Видимо, его чем-то заинтересовали. В том, что он способный, энергичный и авторитетный человек, у меня никаких сомнений нет. Но даже ему, к сожалению, не удастся эту идею реализовать.
- Не удивляет ли вас активность в продвижении идеи объединенного чемпионат СНГ таких людей как Дюков, Гинер, Ремчуков и Прядкин?
- Первый раз эта идея возникла семь или восемь лет назад. За исключением некоторых людей ее проводниками были те же лица. В том числе и Герман Ткаченко. Мы очень активно обсуждали эту тему. Я всегда выступал в качестве оппонента. Дело дошло до встречи Ленартта Юхансона с Президентом России Владимиром Путиным, после чего тогдашний глава УЕФА сказал, что не считает это дело реальным. В результате идея умерла, однако сейчас снова возродилась, и уже появился её оргкомитет. Наверняка работают люди, идет масштабная проработка юридических и финансовых вопросов.

Зачем говорить «нет» идее, пока отсутствуют документы

- Григорий Суркис, когда давал интервью нашему изданию, сказал, что вопросом о проведении объединенного чемпионата его в свое время озадачил сам Владимир Путин, после чего соответствующие бумаги лежали на столах у глав обеих держав. Если глава государства заинтересован, то это может сыграть решающую роль в осуществлении данной идеи?
- Конечно, если это государственная политика России и Украины. Но в решении этой задачи должны участвовать другие люди. Например, министр спорта России Виталий Мутко, который является членом Исполкома ФИФА. Это первое лицо, которому нужно было бы дать такое поручение! Однако, если Мутко выступает против, это уже никакая не государственная политика, а инициатива отдельных клубов.
- Белоруссия, Армения и Казахстан поддерживают проведение объединенного чемпионата, но есть и противники этой идеи…
- Я не слышал, чтобы белорусы выступили с поддержкой. Президент их федерации назвал идею хорошей, чтобы не обижать людей. Что касается Армении и Казахстана, то у этих государств я лично не вижу команд, которые могли бы усилить даже чемпионат России.
- Раньше отношение УЕФА к наднациональным турнирам, которые планируются в Бельгии и Голландии, в бывших республиках Югославии, в странах Балтии и бывшего СССР, было однозначно негативным. Сейчас Платини не говорит слова «нет», а подчеркивает, что УЕФА открыт для подобных переговоров.
- Совершенно грамотная политика. Зачем говорить «нет» какой-то идее? УЕФА выскажется отрицательно, когда на стол будут положены какие-то документы: регламенты, положения и так далее. Поэтому Платини сделал правильное заявление.
Между тем идеи объединения чемпионатов как рождались, так и умирали. На моей памяти были Северная, Балтийская, Адриатическая и Атлантическая Лиги, Лига J 14. Причем главным могильщиком последней был сам Платини, который договорился с Евросоюзом о недопустимости раздора внутри УЕФА. Надо понимать, что одна из целей организаторов объединенного чемпионата - это выйти из-под контроля национальной федерации футбола. Ведь противоречия, которые всегда были между клубами и сборной, остаются и по сей день. Пока есть РФС, они порой разрешаются жесткими методами, вплоть до дисквалификации. Если образуется новое объединение, то оно, по сути дела, будет командовать всем, в том числе и нашими сборными, диктовать им свои условия. У меня нет сомнений, что у национальной команды после этого возникнут сложности.

Ахалкаци меня не послушал, видимо, у него выхода не было

- Лично вы в свое время тяжело восприняли распад чемпионата СССР?
- Конечно. Я с 1979 года руководил советским футболом. У нас была настоящая спортивная конкуренция, в течение двух лет я объезжал все союзные республики и со всеми встречался. Руководители федераций приезжали в Москву. Поэтому для нас это был сильный психологический удар, особенно когда из чемпионата СССР вышла Грузия. Я полетел в Тбилиси, пытался убедить президента Федерации Нодара Ахалкаци в неправильности такого шага, но не получилось. Поэтому переживал очень сильно.
- С Грузией был действительно уникальный случай, когда республика стала проводить свой чемпионат, находясь еще в Советском Союзе. Как всё-таки такое могло произойти?
- Всё определила политика. К власти, насколько мне не изменяет память, пришел Звиад Гамсахурдиа. Сразу же начались сепаратистские настроения и громкие заявления. К сожалению, Нодар поддержал эту идею. Хотя, кто знает, может, у него выхода другого не было. Помню, когда я присутствовал у них на конференции, и там стал выступать Борис Пайчадзе, который был против выхода грузинских команд из чемпионата СССР, так его просто убрали с трибуны! Можете представить себе, каков был уровень злобы и желания всё сделать для того, чтобы выйти из чемпионата СССР? Хотя я их предупреждал, что в течение двух-трех лет они будут лишены членства в ФИФА и тем самым потеряют возможность проведения даже товарищеских матчей на всех уровнях. Но меня не послушали. В итоге Грузия на три года была изолирована от международного футбола. Причем все это произошло за два года до распада СССР.
- С литовскими клубами, которые вышли уже весной 1990 года, было то же самое?
- Конечно. Центробежные тенденции стали проявляться. Везде свою роль играла политика. Футболисты, конечно, хотели играть в одном чемпионате, но футбольные федерации были вынуждены подчиняться политическим силам.
- Между тем другие прибалтийские команды, а также «Динамо» из Сухуми остались в чемпионате СССР...
- Всё, повторяю, зависело от политического расклада. Там, где давление на федерации не оказывалось, они и остались. Что касается Абхазии, то её я сохранил своим личным решением. У меня были очень хорошие отношения с руководством этой республики, с наставником команды Олегом Долматовым, в котором я видел сильного тренера. Кроме того, в Сухуми находилась спортивная база Госкомспорта. Нужно было её сохранить, и до войны нам это сделать удалось. Впоследствии, к сожалению, пример Грузии сыграл свою роль.
- В 1991 году периодически сообщалось: Украина тоже дала понять, что выходит из союзного чемпионата…
- У меня в памяти, во всяком случае, такого не осталось, поскольку с украинской федерацией всегда были хорошие отношения, когда её возглавлял сначала Виктор Банников, а затем - Валерий Пустовойтенко. Встречался я и с президентом Украины Леонидом Кравчуком. Могу заверить, что по разговорам я этого не чувствовал.

УЕФА и ФИФА заморачиваться с изменением устава не станут

- После распада СССР вы пытались сохранить единый чемпионат стран СНГ. Это было юридически реально?
- Я пытался это делать лишь на первом этапе, чтобы обеспечить участие сборной СНГ на чемпионате Европы. Мне это удалось. Желание, конечно, было сохранить единый чемпионат СНГ, но присутствовали юридические нюансы: по уставу ФИФА и УЕФА именно национальные ассоциации проводят свои собственные чемпионаты. Этот момент, кстати, и является серьезной проблемой для организаторов нынешнего объединенного чемпионата. Тогда я был вице-президентом ФИФА. СНГ как ассоциация была создана по моей инициативе именно для участия объединенной сборной в чемпионате Европы. Потом она была исключена из состава ФИФА и УЕФА.
- На ваш взгляд, возможно ли подобную ассоциацию создать сейчас?
- Ничего невозможного нет. Однако не думаю, что это реально. Сегодня в УЕФА - 66 стран, в ФИФА - 208. Их вряд ли устроит каждый раз менять устав под возникающие идеи. Для того, чтобы принять данный документ, нужно набрать две трети голосов. Стало быть, я убежден, что это абсолютно нереальная идея.
- Потому что нет такого государства - СНГ?
- Совершенно верно!

Лигу Европы в любом случае надо оставить

- Как вы относитесь к реформам УЕФА относительно еврокубков?
- Лигу Европы как ни реформируй, ничего не изменится. Как был турнир второстепенным, так и остается. Но какие-то реформы нужны. Это дело Исполкома УЕФА.
- В свое время, еще при вас, был упразднен Кубок Кубков. Почему его не удалось сохранить?
- На первых этапах он был интересен как массовое соревнование. Казалось, что у него хорошие перспективы. Однако затем выяснилось, что денег на нём никто не зарабатывает: ни УЕФА, ни клубы, которые участвуют в турнире. В результате постепенно он начал отмирать. Так же и здесь. Нынешние реформы происходят из-за того, что Лига чемпионов – экономически выгодное предприятие, а Лига Европы - нет. Вот и всё.
- Лично ваше мнение: Лигу Европы нужно упразднять?
- Я считаю, что её надо оставить. В какой форме - другой вопрос. Не должны только богатые клубы участвовать в еврокубках, а остальные - прозябать. К европейским клубным соревнованиям нужно привлекать как можно больше клубов.
- В Лиге чемпионов проблем куда меньше, но и здесь на групповом этапе стали нередки ничего не решающие для команд матчи. К примеру, в прошлом году перед последним туром 13 клубов из 16 уже обеспечили себе место в плей-офф, только в двух группах велась борьба за 3-е место, следовательно, многие команды в декабрьских матчах имели разную мотивацию. Вы не считаете, что эту проблему можно было бы устранить, введя большую разницу между первым и вторым местами?
- Может быть. Такая проблема есть, она существует даже на чемпионатах мира и Европы. Там тоже бывает, что две команды обеспечивают себе выход в следующий этап и для них третьи матчи в группах являются проходными. Это издержки любых соревнований. Наверное, что-то делать надо, потому что спортивная составляющая должна присутствовать до конца.
- Может, целесообразно на групповом этапе Лиге чемпионов, как на многих чемпионатах мира и даже Олимпиадах по другим видам спорта, увеличить дифференциацию спортивных стимулов? К примеру, пусть команды с первого места сразу выходят в 1/8 финала, а со вторых мест - в 1/16?
- Не знаю. Я сейчас не в теме. Нужно как можно больше усилить конкуренцию. Если ваше предложение поможет, то я буду только «за». Если ничего не изменится, то нет смысла что-то переделывать.
- Когда в УЕФА происходит процесс изменения формулы еврокубков на каждый трехлетний цикл, особенно когда намечаются большие перемены, как учитываются интересы федераций, клубов, происходит процесс согласования и утверждения решений?
- В УЕФА есть ассоциации европейских футбольных лиг и футбольных клубов. Также есть сам европейский футбольный союз, который объединяет национальные ассоциации. Проработки идут на всех уровнях: Лига отдельно, в клубах и ассоциациях - тоже. Ничего не делается под столом, всё активно обсуждается, а потом принимается решение.

К переходу на «осень-весну» мы оказались не готовы

- Перейдем к российским делам. В своё время вы называли Николая Толстых достойным кандидатом на пост президента РФС. Довольны тем, как новый руководитель нашего футбола выполняет свою работу?
- В свое время я называл несколько кандидатур: Симоняна, Газзаева, Толстых… Но не выпячивал никого. Хотя в нынешней ситуации наиболее оптимальная кандидатура - Николай Толстых. С другой стороны, я не участвую сейчас в каждодневном процессе. Когда мое мнение спрашивают, я его высказываю, но никому ничего не навязываю, поскольку это не мои функции.
- Осенью после решения КДК о дисквалификации «Зенита» вы говорили, что Толстых не позволит надавить на себя. Это была его первая моральная победа?
- Конечно. Одно из преимуществ Толстых перед другими кандидатами - его независимость, неангажированность и способность выстоять против любого давления. Хотя здесь роль Толстых преувеличена: я знаю ситуацию изнутри и могу сказать, что его никто не инструктировал и не давал никаких указаний. КДК руководствовался только лишь нормами Дисциплинарного кодекса.
- Было много разговоров о том, что новому главе российского футбола нужно вернуть чемпионат России на прежнюю систему «весна-осень». Как вы к этому относитесь?
- Я приветствовал переход на новую систему, но через три-четыре года, чтобы за этот период создать соответствующую материальную базу. Поэтому был против такого скоропалительного решения. Но раз оно уже принято, то менять ничего не надо. Не стоит выглядеть посмешищем в глазах собственного народа и всего мира. Нужно просто потребовать в приемлемые сроки построить крытые манежи, поля с подогревом, стадионы с закрытыми трибунами, которые могли бы, в свою очередь, обогреваться, чтобы удобно было зрителям. Вот по этому пути надо идти!
- Сказался ли переход на новую систему на качестве футбола в нынешнем чемпионате?
- В этом году декабрь был еще не таким суровым. Посмотрим, что будет в марте. Пока же выводы делать рано. Надо потерпеть до мая, после чего можно будет говорить о чем-то. Но то, что мы не готовы к переходу, для меня абсолютно ясно.

Один позавтракал и уехал. Другой, не исключено, это сделает после обеда

- Какое впечатление производит чемпионат России?
- Благоприятное. Я многие матчи смотрю. В основном - по телевидению, в меньшей степени выезжаю на стадион. Словом, руку на пульсе держу, каждый тур по-своему интересен.
- Какие команды понравились больше всего?
- По игре - «Анжи», что, впрочем, и понятно. В этой команде - созвездие выдающихся футболистов. До конфликтов «Зенит» был эталонной коман­дой, на игру которой было приятно смотреть. В каких-то матчах выделялся ЦСКА. Был короткий промежуток времени, когда «Динамо» всех поразило своей игрой. В итоге отметил бы три команды: «Анжи», ЦСКА и «Зенит».
- Можно ли утверждать, что именно эти три клуба будут бороться за чемпионство?
- У меня такое ощущение присутствует.
- Верите ли вы в такой долгосрочный проект как «Анжи»?
- Только жизнь это покажет. Но лично я не верю. Пример Самба: после завтрака собрался и уехал. Не исключаю, что кто-то может уехать и после обеда. Стабильность - это когда выступают свои воспитанники. Я радуюсь тому, как играет «Анжи», но не думаю, что это надолго.
- Какова роль Гуса Хиддинка в становлении «Анжи»?
- Решающая. Хиддинк - хороший тактик, психолог и «дядька». Он справедливый: за что-то пожурит, на что-то закроет глаза. Словом, это выдающийся тренер.
Вадим ФЕДОТОВ.

© 2016 Спорт уик-энд

Поиск