ШАХМАТЫ. Марк ТАЙМАНОВ: Даже у символа советских шахмат случались недоразумения с властью



Нынешний, 2011 год, ФИДЕ назвала годом М. М. Ботвинника. В конце августа шахматный мир отметил 100-летие со дня рождения выдающегося шахматиста ХХ века. В честь этого юбилея в Москве состоялся турнир четырех сильнейших, по рейтингу, шахматистов мира, победителем которого стал действующий обладатель шахматной короны Вишванатан Ананд.
Биография Михаила Моисеевича Ботвинника изучена, казалось бы, вдоль и поперек. 6-й чемпион мира по шахматам. Восемь раз оспаривал лавровый венок чемпиона мира. В матче-турнире претендентов у него были соперники: советские гроссмейстеры Пауль Керес и Василий Смыслов, Самуэль Решевский - из США и экс-чемпион мира Макс Эйве - из Нидерландов. И в семи матчах: с Давидом Бронштейном, трижды - со Смысловым, дважды - с Михаилом Талем и Тиграном Петросяном. Ботвинник - 6-кратный чемпион СССР, многократный победитель Всемирных шахматных олимпиад и большого количества международных и отечественных соревнований. На его глазах и при его участии прошла вся шахматная жизнь ХХ века. Его учениками были: Гарри Каспаров и Владимир Крамник. Заслуженный мастер спорта СССР, доктор технических наук. Автор книг: «Полвека в шахматах», «Три матча Анатолия Карпова», «У цели».
Такие люди, как Михаил Моисеевич, - это гордость Отечества. Но почему-то на родине Ботвинника - в нашем городе, на доме, где он жил: Невский проспект, д. 88, нет даже мемориальной доски, установленной в память о нем. Не заслужил?
Мы вспоминаем о Михаиле Моисеевиче Ботвиннике вместе с Марком Евгеньевичем Таймановым, который знал его более полувека. Великий шахматист был его тренером, когда Тайманов мальчишкой входил в удивительный мир шахмат в Дворце пионеров  Ленинграда, затем на десятилетия стал соперником. Можно вспомнить, что в чемпионате СССР 1952 года учитель и ученик набрали одинаковое количество очков и сыграли матч, который выиграл Ботвинник. В составе сборной СССР они стали победителями Всемирной шахматной олимпиады. Перед матчем Тайманова с Робертом Фишером Ботвинник вновь выступал в роли наставника Марка Евгеньевича.

Учиться шахматам всю жизнь

- Марк Евгеньевич, когда Ботвинник стал вашим наставником?
- Это произошло в 1939 году. До этого я занимался у отличных педагогов: Георгия Яковлевича Левенфиша и Алексея Павловича Сокольского и прошел путь от начальной 5-й категории, по всем разрядным ступенькам, до кандидата в мастера.
- Его тренерская методика чем-то отличалась от других?
- Михаил Моисеевич к тому времени был уже признанным лидером советских шахмат и в работе с учениками отличался особым подходом. Их у него было восемь-десять человек, самых способных. Встречался он с ними обычно раз в неделю. Его педагогический метод был своеобразным. Михаил Моисеевич не забивал юные головы дебютными вариантами, не навязывал готовых рецептов, не читал лекции. Он давал задания для самостоятельной домашней работы по теории дебютов, миттельшпиля и эндшпиля. Через две-три недели  выслушивал статистические отчеты в роли внимательного, доброжелательного, но строгого оппонента. Он говорил: «Если вы изберете для себя шахматную карьеру, вам придется учиться всю жизнь. Недостаточно много играть в шахматы, надо оставлять время, чтобы о них думать». Конечно, мы ответственно готовили свои доклады, радовались его одобрительным оценкам. Самое же удивительное, что Ботвинник и сам учился с нами! В 1941-м он, завоевав звание абсолютного чемпиона СССР, подчеркнул в интервью роль своих учеников в подготовке к этому соревнованию: «Они, даже не подозревая того, очень помогли мне». Он давал нам сеанс одновременной игры с часами на 5-6 досках. Затем начинался разбор сыгранных партий. Ботвинник учил нас уважению к коллегам, этике шахматной игры. Потом была война, и мои контакты с Михаилом Моисеевичем возобновились лишь в 1947 году. Он пригласил меня в качестве спарринг-партнера на тренировочный сбор. Причем обратил внимание на конфиденциональность этих занятий. Жаль, что мне не удалось воспользоваться его приглашением.
- Некоторые считают, что Ботвинник имел неограниченный кредит доверия у руководства страны - даже за рубеж мог выезжать с супругой.
- Конечно, он по праву считался символом советских шахмат, но и у него были неприятности. Иногда их разбирали на самом высоком уровне. В 1948 году, после его возвращения из Голландии, ситуация решалась с участием Климента Ворошилова и Михаила Суслова. В 1952 году, под предлогом болезни, его не включили в состав команды на Всемирную шахматную олимпиаду. Причем сделали не без участия его же коллег-гроссмейстеров.
- Видимо, поэтому Ботвинник был иногда недоверчив даже к некоторым из своего шахматного окружения.
- Совершенно верно. К примеру, можно вспомнить его матч с Давидом Бронштейном, который проходил в 1951 году. Перед 23-й партией Ботвинник проигрывал - 10,5:11,5. Эту партию он играл белыми, и ее надо было выиг­рывать, поскольку надеяться на победу в 24-й черными было нереально. К моменту откладывания 23-й партии чемпион мира переигрывал соперника - положение Бронштейна выглядело очень трудным. Записывать ход перед откладыванием партии должен был Ботвинник. У него имелось довольно сильное продолжение, которое сулило хорошие перспективы при доигрывании. Записав «секретный» ход, Ботвинник вместе со своим секундантом - Сало Флором отправился пешком домой. По дороге Флор по памяти проводил варианты, которые должны были принести желанную победу. Дома они вместе проанализировали отложенную позицию, и Флор отправился к себе. В день доигрывания секундант не скрывал своей радости, и Ботвинник ему охотно поддакивал, но перед входом в зал неожиданно тихо шепнул Флору: «Саломончик! Я записал другой ход». Флор чуть не плакал и долго не мог забыть обиду, нанесенную другом.

Амнистия от Михаила Моисеевича

- В ваших с ним отношениях никогда не было размолвки?
- Однажды такое случилось. На чемпионате страны-1952 я играл с ним черными. Хотелось сделать почетную ничью. Поэтому, хорошо разыграв дебют и добившись равной позиции, я счел возможным сделать мирное предложение. Сославшись на существовавшее тогда правило, запрещавшее соглашаться на ничью до 30-го хода без разрешения главного судьи, он холодно отклонил мое предложение и тут же сделал неудачный ход. Сильный ответ был для него неприятной неожиданностью, и он надолго задумался. Каково же было мое удивление и, признаюсь, разочарование, когда Ботвинник вдруг обратился ко мне с встречным предложением поделить очко. Зная его принципиальность, я не мог понять, почему на двадцать втором ходу он сделал мне отповедь за нарушение регламента, а уже через ход изменил свои взгляды. Мне оставалось лишь деликатно ответить, что вопрос о соглашении на ничью до тридцатого хода, на что мне ранее справедливо указал сам мэтр, не может быть решен без санкции судейской коллегии. Был приглашен главный арбитр - Игорь Бондаревский, который официально предложил продолжать игру. Партия закончилась моей победой. Вечером Ботвинник позвонил Флору - тогда уже моему секунданту, и выразил недовольство по поводу моего «поступка». Флор был очень объективным человеком, коллеги уважали его мнение. Ответ был таким: «Миша, ведь Маркуша первым предложил ничью, которую вы же и отклонили». Ботвинник парировал: «Если не планировал, почему выиграл?» - «Но ведь судья потребовал соблюдения регламента. Это было справедливо?» Ботвинник согласился: «Конечно», но в душе затаил обиду. Он немного смягчился после того, как в том же году выиграл у меня дополнительный матч за звание чемпиона СССР. А через два года наступила полная амнистия.

Высокий юмор королей

- Не каждый выдающийся шахматист становился чемпионом мира. Примеры тому - Пауль Керес, Виктор Корчной, Мигуэль Найдорф, Самуил Решевский. Видимо, для этого нужно обладать определенным характером. На ваш взгляд, какие качества доминировали у Ботвинника?
- Он был человеком глубокого аналитического ума, невероятной работоспособности и поразительной целеустремленности.
- В то же время, по-моему, он не упускал из виду никакую мелочь, которая могла помочь в достижении цели. Классикой жанра стал случай, когда, отложив в матче с Талем партию в трудной позиции, он в телефонном разговоре с Флором дал ему понять, что смирился с поражением. Тот был близок к лагерю Таля. Полдела сделано - соперник считает, что Ботвинник не окажет серьезного сопротивления. Тем более что он не взял на доигрывание свой знаменитый термос. Это еще больше расслабило соперника! Каково же было его удивление, когда Ботвинник, чуть ли не единственными ходами, добился ничьей.
- Да. Чтобы почти 15 лет удерживать звание чемпиона мира, нужно обладать целым рядом необходимых качеств. У Ботвинника они были, а вот у меня «чемпионский комплект», очевидно, был неполным. В своей книге «Полвека в шахматах» Михаил Моисеевич написал: «Марк Евгеньевич Тайманов начал свою шахматную карьеру почти как вундеркинд - мальчик блестяще считал варианты и молниеносно соображал. Впоследствии он добился крупных успехов: был чемпионом страны и дважды - претендентом на мировое первенство, и всё же осталось впечатление, что он мог добиться большего. Видимо, сказались особенности характера. В поисках истины он не любил сомневаться, что нередко приводило к поспешным решениям. Это бывало и у других шахматистов. Например, у Ефима Боголюбова и у Бента Ларсена.
- Складывается впечатление, что Михаил Моисеевич, еще при жизни возведенный на пьедестал, ничуть не тяготился этим своеобразным «культом своей личности». Он действительно был «королем, который снисходит до свиты»?
- При всей своей кажущейся категоричности и серьезности, Ботвинник был вполне доступным человеком, остроумным собеседником и превосходным рассказчиком, знавшим множество анекдотов и интересных историй. Ему было свойственно замечательное чувство юмора. Однажды Михаил Моисеевич, словно на полном серьезе, сказал: «Мне не очень симпатично, как поступил Каспаров -  поменял фамилию отца Вайнштейн на фамилию матери. У меня была схожая ситуация, но я не изменил фамилию». На вопрос: «Какая фамилия была у вашей матери?», он невозмутимо ответил: «Рабинович» и слегка улыбнулся.
Владимир ВАШЕВНИК.

{jcomments on}



На правах рекламы

Вашему вниманию iphone харьков по лучшим ценам.
© 2016 Спорт уик-энд

Поиск